🏴‍☠️ A long-awaited event is finally here! For the past three months, users have been mining the #Memhash, and now the first phase has come to an end. To mark this milestone, we have prepared something special for you - a live broadcast you won’t want to miss.

В 2002 году молодой аналитик JPMorgan по имени Том Ли опубликовал медвежий отчёт по Nextel. Акция рухнула на 8% за день. Руководство компании позвонило руководству банка и потребовало его голову. JPMorgan две недели копался в его почте и звонках. Ничего не нашли. Wall Street Journal вышел с заголовком «Unhappy Firm Bites Back». А Ли стал одним из самых уважаемых контрарианов Уолл-стрит. Сейчас этот же человек — председатель совета директоров BitMine, компании, которая скупила 5,28 млн ETH. Это 4,37% всего эфира в обращении. Средняя цена покупки — около $3 500 за монету. Текущая цена — около $2 100. Бумажный убыток — почти $8 млрд. Знаете, что он сказал на это? «This is by design». Мол, убытки на бумаге — это часть стратегии. BitMine создан, чтобы отслеживать эфир и обыгрывать его на длинном цикле. А в даунтренде бумажные потери — нормальная история. Я сам ловил себя на мысли: ну как можно продолжать покупать, когда минус растёт каждую неделю? А потом вспоминаю, как в 2022-м Ли на весь CNBC говорил, что фондовый рынок нашёл дно — когда все кричали про крах. Оказался прав. Но тут другое. Он не просто комментирует — он вложил реальные деньги. Почти $18,5 млрд. И стейкает 73% позиции, получая около $300 млн годового дохода от стейкинга. Это не значит, что он точно прав. ETH может уйти и к $1 600, и тогда бумажный убыток перевалит за $10 млрд. Но это значит кое-что другое: человек с 30-летним опытом на Уолл-стрит ставит свою репутацию и деньги на то, что текущие цены — это не конец истории. Когда ты сидишь в просадке, полезно помнить: кто-то прямо сейчас целенаправленно докупает то, что ты хочешь продать.